В двух словах о трех буквах


Я одинок. Мне очень плохо. Если б вам хоть немного намекнули, что делается у меня в голове, вы не стали бы читать этот рассказ, а пошли бы в кафе, где я работаю и заказали бы себе кофе и булочку, но только чтобы кофе был обязательно со взбитыми сливками. Так для вас было бы намного спокойней. Я бы бегал со шваброй взад и вперед, изо всех сил стараясь подсчитать сколько раз сегодня на меня кричала начальница, а вы качали бы головой и думали про себя: «бедный уродливый мальчик, я обязательно дам ему сколько-нибудь на чай».
Но дело в том, что сейчас вы не знаете что во мне творится, поэтому не ходите в наше кафе: там никогда не бывает свежих булочек, и кофе варят так, что он после варки становится похож на чай. И когда посетители пробуют этот напиток, я им кажусь еще уродливее. В общем, обидно за заведение. Не ходите туда, прошу вас.
Лучше я расскажу вам, что иногда по ночам у меня не бывает кошмаров, и тогда я мечтаю купить себе бинокль, чтобы высмотреть за сколько времени мой сосед расстегивает лифчик у своей жены. Должен сказать вам, что я не какой-нибудь там извращенец. Я честно спрашивал у соседа об этом несколько раз. А он сказал мне, что я больной. А я совсем не больной, просто в голове у меня прочно засели три буквы, и иногда мне хочется взять пистолет и выстрелить в них, но я не думаю что они могут исчезнуть из-за каких-то там пуль, так они давят на голову. А еще, когда мне становится совсем плохо, все окружающие превращаются в эти буквы, меняются все предметы и только зеркала внимательно разглядывают меня, будто стараясь запомнить мое лицо.
Но должен сказать вам, что это состояние продолжается не очень долго. Через некоторое время мне становится лучше и тогда мне на пути попадаются еле горящие фонари, потому что я иду задумавшись по вечернему городу, зная что в округе темень и почти никто не сможет разглядеть в ней меня. И тогда можно украдкой написать на скрытой мраком стене мучащие меня три буквы, как бы жалуясь всем на постигшую меня судьбу. Можно сказать три слова милой, спешащей куда-то девушке, а потом так долго смотреть ей вслед, что окружающим может показаться, что я сейчас сорвусь с места и догоню ее, чтобы, закрывши глаза, целовать ее мягкие сладкие губы.
А на следующий день я опять буду видеть всех работников нашего кафе, среди которых нет ни одного мужчины. Буду так же подходить к какой-нибудь милой официантке, тупо смотря в сторону. Буду так же просить, чтобы она помогла мне справиться с моими буквами или же хоть немного поговорила об этом со мной.
И она, как многие другие, опять скажет мне что занята, что у нее и без меня хватает проблем. И вообще, моё дело мыть пол. А я подумаю, что вечером в моей комнате опять будет слышен вальс, доносящийся из ближайшего дансинга. А еще я подумаю, что это я больше не буду просить ни у кого помощи, потому что я обычный уборщик, потому что никто не догадается как больно носить эти три буквы в моей голове, потому что я больше всего на свете боюсь еще одного отказа.
А сейчас я пойду и разобью вдребезги кафе, где я работаю каждый день!
Разобью с.улья! М.б.ль! Поломаю свою швабру! По.ому ч.о мн. .адо.ли э.и .ри буквы! По.ому ч.о я ..навижу э.о каф.! Я ..авижу д.вуш.к, приходящих .да посмо.р..ь на м.ня! Прошу,.. ходи.. в наш. каф.. Умоляю вас, .. говорит. своим близким … .икогда.