Дуэль


Накануне возможной смерти Владимир Сергеевич кокетничал с Надеждой Васильевной. Завтра он, наверное, и не вспомнит, что ей говорил, и что она отвечала ему. А сегодня Владимир Сергеевич пытался запомнить улыбку, руки, глаза. Но ничего не получалось. Все – один дым. Единственной вещью, врезавшейся в память, был старый вычищенный самовар, отражающий комнату, лакея с бакенбардами и, кажется, самого Владимира Сергеевича; но только какого-то далекого, чужого, неопределенного, неживого какого-то…Чертов самовар!

«Но Надежда Васильевна хороша! Если б только было время все обдумать, что-нибудь поменять. Как-нибудь объясниться», — Владимир Сергеевич попытался замедлить шаг, но у него ничего не вышло. Сердце требовало равенства количества шагов и своих ударов. Требовало так сильно, что хотелось бежать.

Поднялся ветер, облака как оглашенные полетели над головой. И вместе с ними будто бы улетело что-то важное. Владимиру Сергеевичу захотелось бросить шляпу и долго смотреть, как она несется вперед, как кувыркается на ветру.

«Нет, нет! Нет!» — Владимир Сергеевич проснулся, и ему показалось, что он спал целую вечность. Но, посмотрев часы, Владимир Сергеевич понял, что забылся всего на пятнадцать минут. Было раннее утро. Дуэль должна была начаться через два часа. Оставалось только дождаться своего секунданта.

«Если меня убьют, то это будет несправедливо! Убивают того, кто перед выстрелами по-настоящему не представляет, что может быть убит», — Владимир Сергеевич потянулся, чтобы сорвать травинку. За деревьями мелькнул экипаж с противником. И Владимир Сергеевич неожиданно для себя самого стал подходить к барьеру:

“Этого не может быть. Это не могло произойти так быстро. Так неожиданно! Я еще не успел ничего обдумать… А вдруг она просто откажет мне!. И все закончится!”

Громкий звук выстрела вспугнул стаю птиц, притаившихся на деревьях.