Друзья


По сути, поражение и победа это одно и тоже. А вот работа и отдых это разные вещи.
Игорь любил посидеть с друзьями. Иногда кружка пива приносит гораздо больше счастья, чем огромный собственный дом. Ведь пустая кружка — это не так страшно, а вот множество пустых комнат это уже совершенно не то.
Некоторые утверждают, что счастья не существует. Но это все потому, что счастье похоже на отсутствие головной боли утром после грандиозной встречи друзей.
Однако, когда Игорь вместе с Шуриком решили проведать больного Пашу, мыслей по вышеуказанному поводу в общем-то не было. Дело в том, что в ликероводочном отделе современного супермаркета мысли особенно не найдешь. Только сплошное мучение выбора. А любой нормальный советский человек знает, что водку не выбирают, а пьют.
— Ну, что Игорь, какую берем? — Шурик вертел в руках бутылку странно похожую на приемщицу стеклотары тетю Валю, которую вы, слава Богу, не знаете.
— Знаешь, Паша, сейчас в мире все так перепутано, что нужно брать, что ближе лежит и сматываться, пока есть что выпить.
В общем, через час после прихода Игоря и Шурика, Паше стало гораздо легче. Через три — вообще хорошо. Ведь дружба делает настоящие чудеса. И чудеса эти были настолько большими, что Игорь очнулся ночью в одежде у себя в ванной полной воды. Где-то в комнате звонил телефон. Мокрые шапка, пальто, брюки, а также неведомая потусторонняя сила сковывали движения. Но так как телефон не умолкал, пришлось его все-таки через полчаса взять. Звонила жена Шурика:
— Где Шурик?
Человеку, только очнувшемуся от продолжительного акта дружбы и с трудом идентифицирующего себя, не стоит задавать вопросов, не содержащих ответ.
— Хм…Ик… На вок…зале вст…ретились два друга, видимо не виде-елись давно. Обнимались, целовались, пока … не встал у одного. — Игорь уронил трубку и заснул.
Шурика нашли в лифте днем совершенно голого, сидящего на табуретке. Причем, за табуреткой через некоторое время пришел лифтер, которого вечером вызывали чинить лифт. Одежда тоже нашлась — Игорь спал в ней на полу у себя в комнате возле телефона.
А Шурик долго потом рассказывал всем, как ночью лифт несколько раз вызывал какой-то мальчик и жалостливо просил дать ему десять копеек.